ru | En
Философско-
литературный журнал
E-ISSN 2499-9628
ISSN 0869-5377
Автор: Латур Бруно

Латур Бруно

Доктор социологии, профессор и вице-президент по научной работе Института политических исследований (Париж). Адрес: 27 rue Saint-Guillaume, 75337 Paris, Cedex 07, France. E-mail: bruno.latour@sciencespo.fr.

Публикации

Визуализация и познание: изображая вещи вместе / Логос. 2017. № 2 (117). С. 95-156
Аннотация:  В этой статье акторно-сетевая теория открывает для себя новое пространство — пространство визуальной культуры. Как объяснить взрывной успех науки Нового времени? В том ли дело, что изменилась экономическая структура, возник буржуазный капитализм? Или же причина связана с рождением организованного скептицизма, развитием научного метода, идеологией гуманизма и индивидуализма? Автор доказывает, что причина в появлении новых форм записи и передачи знаний. Открытие прямой перспективы позволило изображать предметы «оптически согласованными»: неважно, с какого угла и на каком расстоянии наблюдается объект, его всегда можно изобразить с другого ракурса и без потери внешних признаков. Метод «отдаленной точки» совершил революцию в голландской живописи: теперь с помощью нескольких приемов с «камерой обскура» крупномасштабные трехмерные конструкции легко преобразуются в двухмерное изображение на плоскости. Наконец, изобретение печатного станка привело к глобальному распространению копий, практически совпадающих с исходным текстом, картой или гравюрой. Благодаря этим инновациям исследователи XVI и XVII веков получили огромную власть, научившись «действовать на расстоянии». Исторические аргументы подкрепляются автором теорией «неизменяемых мобильностей». Объекты мобильны, если их можно перемещать на большие расстояния. А если при этом они сохраняют внешнюю форму и легко комбинируются друг с другом, их следует называть неизменяемыми. Опираясь на идеи Франсуа Дагонье, Мишеля Фуко, Мартина Рудвика, Франсуа Фурке, Йоханнеса Фабиана и многих других, автор выделяет девять характеристик неизменяемых мобильностей. Используя понятия «каскада записей» и «формализма», он предлагает новую концепцию научных абстракций. Деньги оказываются лишь одной из форм записи, поэтому капитализм едва ли подходит для объяснения истории науки и технологий. Согласно автору, прорыв нововременной науки напрямую связан с изменениями в европейской визуальной культуре.
Ключевые слова:  акторно-сетевая теория; визуальная культура; проблема репрезентации; действие на расстоянии
Берлинский ключ, или Как делать слова с помощью вещей / Логос. 2017. № 2 (117). С. 157-170
Аннотация:  В статье на одном компактном эмпирическом случае — ключа, используемого в пригородах Берлина, — демонстрируется несостоятельность традиционного разграничения между пространствами «символического» и «материального». Как утверждает автор, никто и никогда не видел человеческого общества, которое не было бы построено с помощью вещей, а вещи не существуют, не будучи заполненными людьми, и чем они современнее и сложнее, тем больше людей «роятся» с их помощью. Циркуляции, перемещения, переносы, переводы, замещения, кристаллизации — все разнообразие движений между человеческим и нечеловеческим можно продемонстрировать на примере одного материального объекта. Симуляция взгляда археолога (только археологи сейчас изучают артефакты, хотя бы отдаленно напоминающие то, что в современной философии называется объектом) обнаруживает встроенную в объект — ключ — программу действий, систему социальных отношений и дисциплинарных практик. Но в то же время ключ отказывается быть только инструментом или репрезентацией социальных отношений. Материальный объект не просто репрезентирует социальные отношения: он их конституирует, воссоздает, модифицирует, формирует. Они не могли бы существовать без физического присутствия ключа и связанных с ним цепочек его изобретения, создания, использования, хранения и материальных модификаций. Этот пример описания объекта через цепочки посредников наглядно демонстрирует методологию АСТ и ее роль в преодолении оппозиции между социальным и технологическим.
Ключевые слова:  технология; цепочки связей; проводник; посредник; антипрограмма
Дэвиду Блуру… и не только: ответ на «Анти-Латур» Дэвида Блура / Логос. 2017. № 1 (116). С. 135-162
Аннотация:  Статья является ответом на полемическую реплику Дэвида Блура. Отвечая на критику, Бруно Латур признает правомерность аргументов ее автора, но не самой позиции — специфического извода эмпиризма. Латур указывает на ряд асимметрий между оппонентами, обращаясь к истории распространения и роли «сильной программы» во Франции. Он повторяет те пункты, в которых, по мнению Блура, он исказил его социологию. Во-первых, то, что Блур вопреки декларациям лишает объекты реального влияния. Во-вторых, Блур устраняет агентность объектов, опираясь на собственное понимание причинности: два полноценных и изолированных друг от друга типа причинности (природная каузальность и самореферентность социального) и один недоопределенный, «юмовский» тип, связывающий (но на самом деле разделяющий) вещи и представления. Согласно автору, проект Блура остановился в развитии. В его основе лежит противоречивый ход: природа и общество, вещи и представления, объект и субъект сначала разделяются, а потом связь между ними объявляется проблематичной. По мнению автора, Блур остается в плену эмпиризма Юма и Канта. Напротив, в динамично развивающейся акторно-сетевой теории подчеркивается неработоспособность подобных различений и переносится акцент на исследование цепочек ассоциаций различных сущностей, наделенных всеми тремя типами причинности. Автор поясняет связь своего словаря, критикуемого Блуром, с эмпирической задачей следовать за этими цепочками ассоциаций. Словарь позволяет трансформировать проблематику социологии и приступить к объяснению того, как в одних и тех же процессах конструируются и природа, и общество, а не отталкиваться от их оппозиции как стартовой точки. В завершение своего ответа автор обращается к сравнению критического потенциала обеих исследовательских программ в контексте сопротивления натурализации и абсолютизму, а также делает заявление об отказе от обобщенного принципа симметрии.
Ключевые слова:  «сильная программа»; агентность; причинность; самореферентность; недоопределенность; цепочка ассоциаций
Об акторно-сетевой теории. Некоторые разъяснения, дополненные еще большими усложнениями / Логос. 2017. № 1 (116). С. 173-200
Аннотация:  Автор указывает на ряд распространенных заблуждений касательно акторно-сетевой теории (АСТ), вызванных обыденными употреблениями слова «сеть». Объясняя выбор этого термина, он говорит о смене онтологии, топологии и в конечном счете политики. Сети — конечная точка редукции: буквально нет ничего, кроме сетей, контингентных по своему характеру. Автор тематизирует топологические особенности данного подхода: во-первых, снятие оппозиции дистанции и близости; во-вторых, замену метафорики масштаба метафорикой ассоциаций с последующим разрушением оппозиции «микро» и «макро»; в-третьих, стирание различия внутри-снаружи в пользу имманентизма сетей. Шире, АСТ притязает на своего рода беспредпосылочность: отказ от априорных отношений порядка. Топологический аспект сети дополняется онтологическим: сеть это работа, выполняемая акторами, то есть действующими или претерпевающими действие сущностями. Автор акцентирует внимание на том, что следует избегать антропоцентризма и социоцентризма в понимании этого термина. Вторая часть статьи посвящена экспликации архитектуры АСТ. Она задается тремя составляющими. Первая — семиотическое понимание конструирования сущностей — позволяет уравнять акторы независимо от их природы и избавиться от контекста. Распространение семиотики на вещи позволяет использовать пустую методологическую рамку, с помощью которой можно следовать за любыми акторами и разворачивать цепочки ассоциаций, оставаясь при этом между описанием и объяснением. Это вторая составляющая. И наконец, третья — онтологический характер сетей и акторов. Автор развернуто поясняет специфический релятивизм, реляционизм и рефлексивность АСТ и вводит понятие инфраязыка. Кроме того, поясняется идея прослеживания/прочерчивания сетей. В заключение, переходя от обсуждения статуса и формы теории к ее тезисам, автор рассматривает сеть как производство и распределение свойств, например «социальности», «текстуальности» и «природности».
Ключевые слова:  сеть; актор; топология; контингентность; методология; онтология; семиотика; инфраязык; циркуляция
АСТ: вопрос об отзыве / Логос. 2017. № 1 (116). С. 201-216
Аннотация:  Статья представляет собой опыт критической саморефлексии представителя акторно-сетевой теории (АСТ). Автор начинает с рассмотрения четырех трудностей этой теории: «актор», «сеть», дефис между ними и «теория». Оригинальность АСТ состоит в том, что она является скорее методом развертывания деятельности актора по выстраиванию своего мира, чем альтернативной социальной теорией. Также автор отвечает на упреки в макиавеллизме и натурфилософии. Смещение внимания с концептов «актор» и «сеть» на операции «структурирование» и «суммирование» позволяет показать, что напряжение между макро- и микроуровнем и другими членами традиционных оппозиций в социальных науках является во многом искусственным. АСТ позволяет обойти его через переключение внимания с объектов на циркуляции. По мнению автора, главным вкладом этой теории в социальную науку стала трансформация социального из поверхности, территории, региона реальности в циркуляцию. Во второй части автор очерчивает потенциал АСТ. Она предстает в виде проекта симметричной антропологии модерна. В отличие от множества учений о модерне — гипер-, пре- и анти-модерне, — данная теория ставит все эти структуры под вопрос как основанные на одной и той же проблематичности. Она не является теорией социального, субъекта, Бога или природы. Это теория пространства или потоков, циркулирующих в ситуации не-модерна. В заключение автор оптимистично оценивает потенциал обновления и дальнейшего развития АСТ, но уже в ином облике.
Ключевые слова:  актор; сеть; теория; суммирование; структурирование; циркуляция
Биография одного исследования: к работе о модусах существования / Логос. 2017. № 1 (116). С. 217-244
Аннотация:  В статье представлена история создания коллективного проекта AIME («Исследование модусов существования: антропология нововременных»), история лежащей в его основе акторно-сетевой теории, а также через концепт «модусов существования» очерчивается связь между философией и антропологией. Делая краткий экскурс в свою интеллектуальную и институциональную биографию, автор показывает преемственность между двумя большими этапами своей исследовательской карьеры. Проект AIME представляет собой исследование цивилизации Нового времени, выходящее за пределы генеалогии или критики Западного Разума. Вопрос о том, что представляют из себя люди Нового времени, обладает совершенно особой сложностью, так как это антропология самих антропологов. Чтобы такое исследование не оказалось редукционистским, и вводится концепт «модусов существования» — сложных социально-антропологически-культурных комплексов, обладающих собственным уникальным типом опыта. Проект AIME родился из техник библейской экзегезы. Опыт полевых антропологических исследований в Западной Африке продемонстрировал необходимость антропологического исследования самой цивилизации Нового времени. Это исследование началось в форме антропологии науки в Институте Солка, затем испытало влияние семиотики и этнометодологии, а также сотрудничества с физиками, биологами, физиологами, экологами и т. д., что привело в итоге к созданию концептов ирредукционизма и симметричной антропологии, которые теперь лежат в основе «антропологии нововременных». Таким образом, проект AIME так же укоренен в собственной социальной, семиотической и политической истории, как и его «подследственные» — «нововременные» люди и не-люди.
Ключевые слова:  модус существования; акторно-сетевая теория; агентность; семиотика; антропология
Извините, вы не могли бы вернуть нам материализм? / Логос. 2014. № 4 (100). С. 265-274
Аннотация:  Технология — бедная родственница эпистемологии. Она все еще несет на себе бремя определения материи, которое было вынесено из другого странного определения научной деятельности. Вследствие этого многие описания «вещей» вовсе не имеют в себе ничего «вещного». То, что описывается, — всего лишь «объекты», ошибочно принимаемые за вещи. Отсюда необходимость в том, чтобы возник новый стиль описания, который позволил бы преодолеть границы материалистического (по сути идеалистического) определения материального существования. Что и было достигнуто в серии эссе «Насыщенные вещи», для которой данная заметка служит послесловием.
Ключевые слова:  онтология артефактов, философия техники, материализм, идеализм, определение материи, первичные и вторичные качества
Все авторы

© 1991—2017 Логос. Философско-литературный журнал.
Все права защищены.
Дизайн Юлия Михина, jmikhina@gmail.com,
программирование Антон Чубченко